Ускользнувшая красота: Венди из «Сияния» и всё, что сделало Шелли Дювалл незабываемой
© Stanley Bielecki Movie Collection/Contributor/Getty Images
Шелли Дювалл умерла в 75 лет, успев вернуться в кино после 20 лет вне экрана, — определенно ее фигура и смерть подстегнут интерес к низкобюджетному инди-хоррору «Лесные холмы». Вспоминаем об одной из главных актрис великих американских режиссеров прошлого.
Затворничество актрисы — старый сюжет, воспетый в Голливуде. Например, в знаменитом «Бульваре Сансет». Но едва ли Шелли Дювалл была похожа на героиню фильма, стареющую диву забытого немого кино Норму Десмонд. В качестве одного из друзей Нормы показан Бастер Китон в роли самого себя. Кинокритикесса Полин Кейл как раз и назвала Дювалл Китоном в юбке. Не то чтобы актриса подобно Китону никогда не улыбалась — ее улыбка как раз была незабываемой. Но в лице и фигуре ее тоже присутствовало странное сочетание печального и комического, притом комического без утраты грациозности. Это было лицо личности, а не милое пустое личико, на котором гример и режиссер рисуют те или иные портреты.
Кадр из фильма «Воры, как мы»
© реж. Роберт Олтмен, 1974
Из-за хрупкости стана и огромных, будто испуганных глаз Шелли еще называли Твигги из Техаса. Она и в кино попала, как порой попадают в модельный бизнес: люди Роберта Олтмена увидели интересную девушку в художественной галерее, попросили попробоваться. В итоге Дювалл была музой режиссера 10 лет. Притом нашему зрителю лицо ее может напомнить об Инне Чуриковой, которую никто никогда в модели не прочил. Но Чурикова всегда давала понять, что если она и не роковая красотка, то, несомненно, великая актриса. Дювалл на величие вроде бы не претендовала, хоть и снималась у лучших. Но по-своему величие ее настигло.
Актриса появлялась в кино, не считая последней роли, до 2002 года, однако по-настоящему ее карьера укладывается в десятилетие 1970-х, декаду Нового Голливуда. И крах Нового Голливуда, несомненно, как раз и привел к закату ее карьеры. Последнее ее значимое появление, впрочем, было не в «Сиянии», как многие думают, а в раннем фильме Тима Бёртона «Франкенвини» — в роли матери главного героя. В фильме также примечательны дети-звезды: Бэррет Оливер из «Бесконечной истории» и София Коппола. Казалось бы, играть Дювалл у Бёртона и впредь характерные роли в театральных хоррорах, но не судьба.
Кадр из фильма «Лесные холмы»
© реж. Скотт Голдберг, 2023
И более крупные фигуры ведь ушли в тень после 1980 года — подобные Норме Десмонд, чья карьера не пережила прихода звукового кино. Кто сейчас вспоминает, например, некогда безоговорочную звезду Фэй Данауэй — а ведь играет до сих пор. Ее разгромили за роль Джоан Кроуфорд в байопике «Дорогая мамочка», которому совершенно несправедливо присудили «Золотую малину» как худшему фильму десятилетия. И Дювалл за год до того номинировали на «Малину» — за «Сияние»! История расставила всё по своим местам, но тогда насмешки критиков определенно стали для Шелли ударом.
Случай Дювалл, впрочем, особый, мрачный. Уже в XXI веке стало известно, что актриса не смогла восстановить свои позиции в киноиндустрии в том числе из-за развившейся шизофрении. О ней и вспоминали в последние годы после скандального интервью 2016-го, где находящаяся не в лучшей форме Шелли рассказывает, что общается не то с недавно погибшим Робином Уильямсом, ее партнером по «Попаю», не то с великим и ужасным Стэнли Кубриком. Доморощенные мистики и психоаналитики даже увязывают болезнь актрисы с работой в «Сиянии», где ее героиня как раз единственная «нормальная».
Если же знать фильмографию Дювалл чуть лучше, можно найти и более значимое совпадение. Как уже сказано, Шелли некоторое время оставалась любимой актрисой Олтмена, снялась в семи его фильмах — в том числе была принцессой в «Попае», группи в «Нэшвилле», секс-работницей в «Маккейбе и миссис Миллер» и подругой бандита в «Ворах, как мы», грациозно изменяясь от роли к роли. Лучшая же роль Дювалл у Олтмена была в «Трех женщинах» — она принесла актрисе «Золотую пальмовую ветвь» в Каннах.
Шелли и Сисси Спейсек разыгрывают здесь историю о двойничестве и безумии, отсылающую к «Персоне» Бергмана и предвещающую «Малхолланд Драйв» Линча: героиня Дювалл, как бы заразившись шизофренией от своей соседки, на глазах превращается в другого человека. Зовут ее в фильме Милли Ламморо. Напарница спрашивает, не француженка ли та, Милли говорит, что она из Техаса. Актриса тоже родилась и умерла в Техасе, похожим было и ее имя — простенькое Шелли и благородно-иностранное Дювалл, которое подчеркивало некую нездешность ее облика и образа.
Увы, Олтмена сегодня пересматривают лишь преданные фанаты того, новоголливудского, кинематографа. Из больших авторов Дювалл успела сыграть и у Вуди Аллена в «Энни Холл», и у Терри Гиллиама в «Бандитах во времени», но по-настоящему главную роль — только в «Сиянии», и вошла с ней в историю. Меж тем, хотя о кубриковской адаптации Стивена Кинга написаны тома, о героине фильма Венди Торренс упоминают реже всего. Говорят, если Дювалл и не заслуживает «Малины» — все равно куда ей тягаться с Джеком Николсоном, да и очаровательно-талантливым мальчиком Дэнни Ллойдом.
Что делает Дювалл на экране большую часть времени? Кричит от страха. Порой она кажется глуповатой. Порой мы почти готовы солидаризироваться с антигероем фильма, которому жена надоедает. Когда наступает пора изображать истерику и ужас, Шелли, что ни говори, меметично-убедительна. А еще бы — после бессонных ночей и сотен дублей, которые, матерясь, требовал Кубрик. Но на самом деле здесь всё серьезнее.
Если присмотреться, большинство фильмов Кубрика несколько мизогиничны — за что режиссер под конец жизни как бы двусмысленно извинился в картине «С широко закрытыми глазами». Обычно женщин почти нет вовсе, либо они несут угрозу, либо являются эпизодическими объектами насилия. «Сияние» же не укладывается в эту схему. Венди Торренс в исполнении Дювалл — несомненно, не «дамочка в беде», а настоящая героиня. Она берет судьбу в свои руки. Она хватает бейсбольную биту, хватает нож, хватает руль вездехода — и увозит сына из проклятого американского отеля.
Венди занимает достойное место в ряду героинь, появившихся в слэшерах и хоррорах конца 1970-х, — героинь Джессики Харпер в «Суспирии», Сигурни Уивер в «Чужом», Джейми Ли Кёртис в «Хэллоуине». Это женщины, которые не боятся дать отпор абсолютному злу и побеждают. В конце концов, привидения «Сияния» могут свести с ума персонажа Джека Николсона, но бессильны в отношении Венди — она безусловный агент добра, защищенный силами свыше.
Намеченная линия сильных героинь в фильмах ужасов не прервалась до сих пор. И символично, что перед уходом Дювалл снова сыграла в хорроре. Пусть это и не такое громкое возвращение, как появление в «Очень странных делах» Вайноны Райдер — еще одной девчонки, которая не давала себя в обиду и которую предал Голливуд. Шелли Дювалл была достойна большего, а мы благодарны за то, что у нас осталось. За ее изящество и силу, за огромные глаза и огромную улыбку. За роли, оставшиеся достоянием последней большой киноэпохи.