«Грехи Запада» с Гаем Пирсом: Проклятие или болезнь?

15 января в российский прокат вышел старомодный вестерн «Грехи Запада», в котором прошлогодний номинант на премию «Оскар» Гай Пирс предстаёт в образе отчаявшегося доктора-следопыта, ведущего проклятую девочку через полстраны к шаману. Кино снял малоизвестный американский режиссёр Нед Краули, и, судя по его работе над «Грехами Запада», имя постановщика ещё не скоро кто-либо запомнит. Рассказываем, какие именно грехи совершает данная картина.

1849 год. По всему Дикому Западу разбросаны сотни небольших поселений, в одном из которых творятся очень странные дела. У чернокожей Сары (ДеВанда Уайз), бывшей рабыни, а ныне свободной женщины, есть белая, как снег, дочь по имени Фэйт (Эмили Кэтрин Форд). Фэйт обладает страшным даром убивать всё живое, к чему прикоснётся её рука. Демонстрацию сил мы видим уже в самом начале фильма, когда девочка с ясным намерением подходит к лошади, снимает варежку и касается её головы, после чего парнокопытное мигом падает замертво. Очевидно по тому, как эта сцена показана и сыграна, девочка и планировала безжалостно убить животное, но дальше почему-то авторы пытаются изобразить Фэйт божьим одуванчиком с небольшим недугом.

Сара полагает, что болезнь вызвана проклятием, от которого избавить может лишь известный на весь фронтир целитель, проживающий где-то очень далеко. Остальные поселенцы считают, что Фэйт попросту одержима дьяволом, но только не доктор Бендер (Гай Пирс). Он верит, что девочку можно исцелить с помощью медицины, поэтому (а также за приличное вознаграждение) соглашается сопроводить маму с дочкой в пятидневном путешествии к шаману.

Известно, что золотая эра вестернов уже давно позади, поэтому сейчас, чтобы компетентно работать с жанром, нужно быть либо его хардкорным фанатом, как Квентин Тарантино или Кевин Костнер, либо свежо мыслящим ревизионером вроде Джеймса Сэмюэла («Тем больнее падать») или чилийца Фелипе Гальвеса («Поселенцы»). Однако Нед Краули не подходит ни под одну из этих категорий: у постановщика нет большого опыта в кино и нет, судя по «Грехам Запада», даже особого понимания, как работать с вестерном в 2025 году, чтобы он был интересен кому-то ещё, кроме самого автора.

Краули не придумал ничего лучше, чем рассказать самый банальный из сюжетов, которые можно встретить в вестернах: матёрый неотёсанный мужлан с тяжёлой судьбой соглашается сопроводить юную беззащитную героиню (или героя) в опасном приключении по Дикому Западу. Мы видели такое уже и у Коэнов в брутальной «Железной хватке», и в романтичном вестерне Джона Маклина «Строго на запад», и даже у Marvel в «Логане». Более того, ровно год назад на Netflix вышел мини-сериал «Первозданная Америка», где пропитый и немытый Тейлор Китч сопровождал через весь фронтир маму с ребёнком, как это делает Гай Пирс в новом фильме. Надо ли добавить, что «Грехи Запада» сильно уступают всем вышеупомянутым вестернам?

Но к Гаю Пирсу претензий быть не может. Не нужно винить актёра за беспорядочный выбор ролей после шикарного перформанса в «Бруталисте». В провальных «Грехах Запада» и «Девушке из каюты № 10» он снимался, ещё даже не получив номинацию на «Оскар». Зато следующее его появление на экране ожидается в новом фильме Ридли Скотта. Что касается «Грехов Запада», то это даже не первый мистический вестерн про одержимость дьяволом в карьере Пирса. Британец ранее снимался в «Преисподней» Мартина Колховена. То был тоже не идеальный образец жанра, зато картина запомнилась бескомпромиссным изображением насилия. А у Неда Краули даже с этим беда: вся кровь в картине компьютерная, спецэффектов много, и все они дешёвого качества, что, конечно, удручает. Небрежно наложенные на цифровую картинку «плёночные» фильтры тоже не помогают скрыть огрехи.

Визуальная непримечательность картины заставляет жёстче вцепиться в историю, разворачивающуюся на протяжении полутора часов. Проклятие ребёнка ― метафора греха изнасилования её матери. Вроде бы и очевидно, но при этом вполне вписывается в сюжет. Тем не менее довольно быстро бросается в глаза, что режиссёр (он же сценарист) мало заинтересован в деталях истории. Как именно работает проклятие Фэйт? Только ладошки убивают, а запястья или любая другая часть тела нет? Почему девочка даже пищу ест в варежках? Чтобы не убить вилку? Лишённое оригинальности кино пытается поднять тему суеверий на Диком Западе, но как будто бы само её боится и держится на расстоянии, а то мало ли чего. Зрителям, пожалуй, стоит с таким же отношением подойти и к «Грехам Запада».