Кваканье на болоте: «Царевна-лягушка 2» с Валентиной Ляпиной и Александром Метёлкиным

5 марта в российский прокат выходит «Царевна-лягушка 2» Александра Амирова. По сравнению с прочими многочисленными современными киносказками эта гораздо свободнее обращается с национальным культурным кодом и жанровыми условностями. Рассказываем, что из этой свободы получилось.

В финале первой «Царевны-лягушки» Квакушка превратилась в красавицу Василису (Валентина Ляпина) и завоевала сердце богатого холостяка-айтишника Иванушки Царевича (Александр Метёлкин). Зловредный Кощеев (Никита Кологривый) был повержен и чуть не рассыпался в пыль, когда его кольцо вечной молодости перешло в руки его подобревшей сестрицы Ягини (Светлана Пермякова). Даже бывший Василисы, Лягуш (Роман Курцын), обрёл заветный шанс на «жили долго и счастливо», став мужчиной благодаря Снежане (Жанна Маркевич), дочери Кощеева, изнывающей по Ивану.

Но рано радоваться. В продолжении, помимо заострённого любовного квадрата, появляется новая угроза — злая колдунья Морена (Дарья Блохина), владычица Тмутаракани. Оказывается, давным-давно она захватила государство, придя на смотрины к Мирославу (Роман Курцын) и превратив его в Лягуша. Пока придворные застыли статуями, позеленевший принц плюхнулся в пруд да уплыл по червоточине в современность.

Вспомнив всё, Мирослав делится горьким прошлым с Василисой, надеясь получить от девушки трансформирующий поцелуй любви. Пусть разжечь сердце красавицы ему не удаётся, при виде его обнажённого торса что-то внутри Василисы явно ёкнуло. От сомнений в предстоящем замужестве она вновь превращается в амфибию, а в разгар бракосочетания переносится в Тмутаракань, попадая в плен к Морене. Иванушка и его сестра Вася (Алиса Руденко) незамедлительно отправляются на поиски исчезнувшей невесты. Храбрый Мирослав бежит следом за неимением выбора: поцелуи холодной Снежаны не сделают из него человека, поэтому обретать человечность придётся через героический подвиг. В итоге в вымершем фэнтезийном государстве пересекаются интересы всех персонажей: даже амбивалентные Снежана, Ягиня и Кощеев спешат бравым героям на выручку, хоть и преследуют свой шкурный интерес.

В первой «Царевне-лягушке» русский фольклор и современная жизнь московская слились в неработающем союзе. Вместо задушевной сказки для детей авторы скрестили скучную экскурсию по столичному парку развлечений и заунывную басню про заурядного айтишника, который по ходу событий ничему не учится, кроме как мастерству переноса дедлайнов. В сиквеле дела обстоят получше. Обретя отвязность и смелость, авторы отбросили канон и с наслаждением сняли дурашливый постмодернистский аттракцион, полный отсылок к зарубежной классике — от «Миссия невыполнима» до «Шрека» и «Мстителей».

Былые проблемы, впрочем, никуда не делись. Впечатление портят всё те же ужасающие спецэффекты — хотя теперь их уродливость кажется намеренной, постиронической — закадровый голос героини, комментирующей каждое действие, отсутствие запоминающихся актёрских работ, за исключением великолепной Светланы Пермяковой в образе Ягини, и противные шутки. Непонятно, как без отвращения слушать, как искажённые в сальных гримасах мужские лица говорят: «Спящая красавица всем принцам нравится». Ладно, зато появилось больше комизма и сказочности за счёт переноса действия из пафосной Москвы в готическую Тмутаракань, пусть и ограниченную в локациях одним замком и полем.

Из сюжета пропала раздражающая линия со стартапом Иванушки, чья роскошная повседневность была фантастичнее, чем превращение лягушки в девушку. А тщательно стилизованная сцена-пролог с карнавальным представлением под псевдонародную аранжировку The House of the Rising Sun наконец раскрыла предысторию Лягуша, который в сиквеле выступает одним из центральных героев.

Как и прежде, в сиквеле много условностей; решения и действия персонажей плохо согласуются друг с другом, отчего первые 30 минут кажутся пыткой. Но стоит дать «Царевне-лягушке 2» время на раскачку, а себе — на обретение иронической дистанции. И тогда на выручку придут мозговыносящий говорящий камень, великолепная сцена драки Мирослава с вороной и блестящий эпизод его побега в лягушачьем обличье из тела каменной горгульи через чёрный ход. Всё это завораживающее своим бредом зрелище разворачивается под молчаливое недоумение набитого битком кинозала, отчего становится вдвойне смешней.

Забавными выглядят и периодические попытки сценаристов освоить стихотворное повествование. Однако в какой-то момент авторы перестают и рифмовать, и заботиться о драматургии. Непроработанные конфликты первой «Царевны-лягушки» — жажда любви, человечности и бессмертия, — мигрируют во вторую почти без изменений, как и общая несуразность. Вместо личностных трансформаций однобоких персонажей авторы показывают их превращения в животных и переодевания. Актёры, особенно Никита Кологривый, играют сказочно — как на детском утреннике. Что уж говорить о вывернутых наизнанку монтажных швах и постоянных нарушениях логики кадрового повествования; фильм и не пытается предложить иллюзию реальности, напротив, вновь и вновь обнажает свою искусственную природу.

Но если в первой части нелепости и неудачи складывались в бездарную мелодраму, то во второй из тех же ингредиентов получается забавный карнавал. Не прямо по Бахтину: авторы не переворачивают иерархии и не нарушают табу, а только наряжают героев всё причудливее и снимают напряжение обилием слэпстик-элементов и телесности. Пока дети будут смотреть на анимационных Щуку и Лебедя и улыбаться падениям Иванушки, мамы и папы смогут поглазеть на сексапильных Морену в облегающем платье и Мирослава — этакого русского Конана-разрушителя, хотя далеко не Шварценеггера.

Разумеется, во всём этом пире глупости нет никакой сущности. В своей фантазии авторы отлетели так далеко, что забыли добавить капельку смысла и жизни. Однако и здесь чувствуется специфическая смелость: фильм не притворяется мудрой историей о любви да семейных ценностях и не стесняется быть юродивым. Избыточная, декоративная «Царевна-лягушка 2» занимает аутсайдерскую позицию трэша и осознанно идёт вразрез с элитарными вкусами и академическими традициями. Это диво дивное с ломаным сценарием, презабавнейшей анимацией и клишированным сюжетом требует исключительно злорадного взгляда. Вопрос лишь в том, стоит ли снимать настолько второсортное зрелище на наши налоги? И почему фильм, очевидно метящий в родственники «Шреку», не позволит героям жить кайфовую лягушачью жизнь? А то быть человеком и зрителем сегодня — такое себе удовольствие.