Рожденный быть модным: Саундтрек фильма «Беспечный ездок»
![Рожденный быть модным: Саундтрек фильма «Беспечный ездок» Рожденный быть модным: Саундтрек фильма «Беспечный ездок»](/thumb/800x0/filters:quality(75)/imgs/2024/07/18/12/6536423/68c99dac4d959228af13030801489873e7f1e5ec.jpg)
55 лет назад в прокат вышел фильм «Беспечный ездок», один из первых подлинных независимых кинохитов и нетленное свидетельство своего времени. Вспоминаем о его музыке, неотделимой от контекста и все-таки современной.
«Беспечный ездок» — один из тех фильмов, которые безоговорочно изменили правила игры. Если предыдущие проекты, предвещавшие новоголливудскую эру, как бы взламывали ситуацию в индустрии изнутри, «Ездок» Денниса Хоппера радикально отказывался от устоявшихся правил обращения с сюжетом, монтажом, героем, наследуя в этом смысле французской «новой волне». Кроме того, нашу рубрику про саундтреки кинофильмов формально надо было начинать именно отсюда. Впервые музыкальное сопровождение картины собрали из уже написанных хитов, а потом выпустили в виде суперальбома, ставшего одним из знаковых релизов в легендарном 1969 году, когда еще гремели и Rolling Stones, и Led Zeppelin, и Beatles.
Выбор песен подчеркнуто не случаен, их поэтика буквально отзывается в разворачивающейся на экране истории. Кстати, в режиссерском монтаже Хоппера Born To Be Wild звучит полностью от начала до конца, пока персонажи едут на байках по Америке. Ход уже известный — в мюзиклах или, например, в «Выпускнике», для которого написали свои баллады Саймон и Гарфанкел. Но здесь фрагменты песен склеены, как в коллаже, отчего иногда «Беспечный ездок» кажется нарезкой видеоклипов или, еще ближе к нам, рилз-роликов в соцсетях.
Кадр из фильма «Беспечный ездок»
реж. Деннис Хоппер, 1969
С одной стороны, вроде бы можно легко перечислить треки из фильма, иногда даже наивно на сегодняшний взгляд комментирующие сюжет. С другой, в «Беспечном ездоке» отражается ушедший в прошлое мир, и обращаться с подобными феноменами сложно. Потянешь за одну ниточку замотавшегося в 1969 году клубка — и сам запутаешься.
Например, известно, что снимался фильм по наитию Хоппера, без сценария, на деньги Питера Фонды. Но превратить 4-часовое авторское высказывание в стандартной длины картину, доступную к показу в кино, смогли только при помощи продюсеров Боба Рейфелсона и Берта Шнайдера. А те получили деньги от продюсирования Monkees — первого телевизионного бойз-бэнда, искусственно созданной для тинейджеров «рок»-группы. Прежде коллектив играл в фильме Рейфелсона «Голова», где с молодой публикой заигрывали контркультурной и антивоенной риторикой. Продюсером провалившегося кинопроекта был молодой Джек Николсон, позже звезда «Беспечного ездока» и «Пяти легких пьес» Рейфелсона.
То есть один из главных фильмов и рок-альбомов «эры свободы» создавались на подозрительно пахнущие деньги от коммерческого мыльного пузыря. Музыки Monkees в саундтреке «Ездока» при этом нет, но неслучайно один из главных хитов поп-группы написал культовый инди-автор Нил Янг. Он же часть знаменитого тогда квартета Crosby, Still, Nash and Young, которые должны были записаться для «Ездока», но вроде как не сошлись с Хоппером. А хореографом Monkees была Тони Бэзил — потом она будет работать с Дэвидом Боуи и Дэвидом Бирном, в фильме Хоппера же она сыграла печальную секс-работницу Мэри.
Или зайти с другой стороны — Николсон, Питер Фонда и Хоппер прежде работали вместе над фильмом «Трип». Фонда играл рекламщика, который решил попробовать ЛСД для вдохновения, — и началось. Сценарий был Николсона, а ставил картину его учитель Роджер Корман, который от трэш-ужасов решил перейти к новым модным темам. Для этого фильма дебютный саундтрек создала группа The Electric Flag — получилась дикая смесь психоделики и фри-джаза, которая и сопровождает наркотическое «путешествие».
Такой же трип является кульминацией роуд-трипа в «Ездоке», опять прозвучит Flash, Bam, Pow группы Electric Flag — после истерических откровений героев на кладбище под аккомпанемент парового молота, когда Фонда обнимает статую Девы Марии, как свою мать, покончившую с собой в его детстве.
Кадр из фильма «Беспечный ездок»
реж. Деннис Хоппер, 1969
Слово «психоделика» трактуется очень широко, но тот аутентичный психоделический рок, что слушали в 1960-е, сейчас готовы постоянно слушать только особенно преданные фанаты. Фигура героя Николсона в «Ездоке», адвоката-алкоголика и стихийного анархиста, оттеняется, например, полукомическими треками про курение марихуаны: If You Want to Be a Bird группы The Holy Modal Rounders и Don’t Bogart Me от Fraternity of Man. Почти наверняка их гитарки, наркоюмор и философия теперь покажутся маловпечатляющими. Как писал Стивен Кинг, сам язык, на котором беспечные молодые люди говорили в 1960-е, забыт.
Впрочем, объяснять форму и содержание «Ездока» наркотиками — значит сознательно упрощать культурный феномен. В самом деле, ведь Годара никто не назвал «психоделическим» за рваный монтаж в «На последнем дыхании», почему же у Хоппера и Фонды это расценивается не как прием, а как прикол?
После безвременной смерти попутчика главных героев, когда те оказываются в роскошном новоорлеанском борделе, напоминающем храм-музей, звучит музыкальный номер более оригинальный. Это Kyrie Eleison американского авангардиста Дэвида Аксельрода из его альбома Mass in F Minor. Записанное опять-таки в психоделической — с характерным электроорганом и ревербированной гитарой — аранжировке, произведение вышло как альбом гаражных рокеров The Electric Prunes, хотя в реальности ребята практически ничего не смогли сыграть на затребованном композитором уровне и пришлось привлекать сессионщиков. Сегодня этот кислотно-религиозный трек звучит как один из самых интересных маркеров эпохи в фильме.
Кадр из фильма «Беспечный ездок»
реж. Деннис Хоппер, 1969
Кроме принадлежащих своему времени песенок и экспериментально-визионерских работ, музыкальное сопровождение «Ездока» обеспечено «монстрами» тогдашнего рока. Локомотив, который с самого начала тащит за собой конструкцию фильма, — сцепка из двух песен группы Steppenwolf, Pusher и Born To Be Wild.
Первая из них — снова (анти)наркотическая песня про то, как тяжелые вещества порабощают дух. В фильме она связана с начальным эпизодом, где Фонда и Хоппер продают белый порошок персонажу Фила Спектора, легендарного рок-продюсера, который в том же году запишет последний битловский альбом Let It Be. Pusher — это кавер: придумал песню кантри-певец Хойт Экстон. Интересно, что этот человек, много певший о саморазрушении, благодаря внешности обрел в кино амплуа положительных американских отцов семейства, например в «Гремлинах».
Что до Born To Be Wild, она, пожалуй, не нуждается в представлении. Для американцев это одна из главных кинопесен вообще, пародий и вдохновений не счесть. И она, и Pusher кажутся нетипично «тяжелыми» для 1960-х, мировая слава Black Sabbath и Deep Purple грянет чуть позже. Собственно, в Born To Be Wild и прозвучало вроде бы впервые словосочетание heavy metal — вся субкультура байкеров-металлистов с их мифом дорожной свободы отсюда. И в паре с Pusher треки сразу обозначают напряжение между стремлением к свободе и ее невозможностью.
Напряжение усиливает следующий трек о дорожных тяготах: это тоже всем известная (по крайней мере, на слух) песня Weight. В фильме ее исполняют авторы, группа с лаконичным названием The Band, на альбоме из-за проблем с копирайтом их перепевают Smith. Weight написана в оформленной к середине 1960-х тенденции «песен со смыслом»: многослойных описательных историй. Причем в данном случае с отсылками к Библии и с опорой, по утверждению авторов, на критикующие религию фильмы Луиса Бунюэля. Рассказ здесь — о путнике, который старается помогать всем хорошими делами, но всё дальше забредает на какие-то глухие окольные тропы. Таков примерно герой Фонды — Уайет — Дон Кихот на железном коне со своим Санчо Пансой Билли.
Неудовлетворимое стремление к свободе утверждается и последующими номерами. Wasn’t Born to Follow от The Byrds — чисто шестидесятническая сентиментальная песня о человеке, который рвется от любящей его девушки в путь к неким драгоценным водам, разноцветным лесам и прочим магическим пейзажам. If 6 Was 9 — столь же индивидуалистский, но более яростный апокалиптический психоделик-блюз, в котором Джими Хендрикс обличает как беловоротничковых консерваторов, так и хиппи-конформистов, готовых состричь свои локоны. Обе песни сопровождают эпизод в анархистской хиппи-коммуне, предшествуя столкновению с южной «глубинной» Америкой, которую местные хотят «сделать снова великой» (прямая цитата) и корнают тупыми ножницами волосы хиппарей, прямо как советские дружинники.
Сейчас не совсем ясно, что полузабытые The Byrds в 1967–68-м считались самой популярной рок-группой США. Уже не Beach Boys, еще не The Doors или Creedence Clearwater Revival, а они. Притом период у The Byrds был сложный, один из ее лидеров Роджер МакГуинн готовился к сольной карьере. Главным же одиночкой на сцене в Америке тогда был Боб Дилан. Именно МакГуинну Дилан доверил исполнить для «Беспечного ездока» одну из собственных любимых песен It’s Alright, Ma (I’m Only Bleeding) про лицемерие общества и политической системы, а главное, хоть и обиняками, про войну во Вьетнаме. Война, похоже, является и основной причиной всеобщей фрустрации в фильме.
Герой, как говорится в слогане, едет в поисках Америки — чтобы найти только свободу в смерти. Про то же сказано в последней песне фильма Ballad of Easy Rider, которую Дилана попросили написать специально. Певец якобы отказался, потому что его не устроил (трагический) конец картины, хотя, наверное, на самом деле просто не смог выступить на заданную тему, как Чехов с чернильницей. Набросал банальную строфу про дорогу и реку — и тоже отдал МакГуинну. В результате голосом МакГуинна, который несколько подражает здесь Дилану, спеты две подряд печальные баллады финала, противостоящие нервному оптимизму электрического рока Steppenwolf. Ты хотел свободы — ты нашел ее, ковбой.
Музыка Дилана, насколько можно понять, играла тогда в кино впервые. Не до конца понятно, почему он не захотел выступить сам. Возможно, опасался пойти в кино по пути Элвиса Пресли. Или опасался за свою популярность, как Борис Гребенщиков при работе для «Ассы» — кстати, фильма, который чем-то напоминает «Ездока». Через несколько лет Дилан поймет преимущества кино, снимется у Сэма Пекинпы в «Пэт Гэрретт и Билли Кид», а еще запишет для него хит Knockin’ on Heaven’s Door. В целом 1970-е годы певец проспит и перестанет быть рок-пророком — остепенится и получит в новом столетии Нобелевскую премию.
The Band будут выступать с Диланом, их концертный фильм поставит Мартин Скорсезе. Другие группы из картины распались, ушли в тень или играют для фанатов до сих пор, но бескомпромиссный Джими Хендрикс умер через год после фестиваля «Вудсток-1969». Убивший женщину великий продюсер Фил Спектор — на 50 лет позже в тюрьме. Тони Бэзил записала один из первых суперхитов MTV — Mickey.
Печальный конец фильма, который не понравился Дилану, — часто просто способ рассказать хорошую историю. Иначе, чего доброго, парни из «Беспечного ездока» превратились бы в американских супергероев, а мы бы до сих пор смотрели продолжение франшизы. Но время действия фильма — лето любви, лето 1967-го, а летом 1969-го цветочная эра закончилась. И это, пожалуй, предчувствовалось в работе над фильмом, как Фонде-Уайту мистически явился из будущего образ сгоревшего мотоцикла.
Кадр из фильма «Беспечный ездок»
реж. Деннис Хоппер, 1969
Война продолжилась, продолжилось и производство рока-для-подростков, к которому робко подступались с Monkees, и особенно хорошо стал продаваться тяжелый металл. Фонда и Хоппер после всех авансов критики и публики не повторили успеха. Первый снимался до XXI века, но запомнился как звезда 1960-х. Следующий проект Хоппера с пророческим названием «Последний фильм» (где играли Фонда и Тони Бэзил) разгромили. Режиссер продолжал снимать, а еще играть гротескных злодеев, но скончался в статусе одного из самых недооцененных кинематографистов своего времени.
Джеку Николсону, как известно, повезло больше всех. «Беспечный ездок» принес ему только первую номинацию на «Оскар», затем пошли награды и великие роли других бунтарей без причины, которые после 1970-х, впрочем, тоже отчасти сменились ролями чисто характерными. Но повезло еще и музыке фильма, которая до сих пор звучит — и звучит свежо, несмотря на конец эры беспечности.