Вечное представление: К юбилею Мика Джаггера
© Kevin Mazur/Contributor/Getty Images
Сегодня Мику Джаггеру, бессменному фронтмену Rolling Stones, стукнуло, как ни трудно в это поверить, 80 лет. В одной из своих ипостасей певец еще и актер — не слишком часто появляющийся на экране, но отмеченный исключительными ролями. А влияние его образа и музыки на кинематограф вообще неоспоримо — о чем сегодня и рады напомнить.
Наверное, впервые Джаггер и Rolling Stones появились в кино в незабываемом 1968 году, в экспериментальной картине Жан-Люка Годара «Сочувствие к дьяволу». Съездив в Лондон, французский автор запечатлел группу за записью песни, которая так и называлась, Sympathy For The Devil. Эпизоды с работой музыкантов в студии чередуются со сценами, где черные радикалы с автоматами зачитывают манифесты «Черных пантер», и прочей годаровщиной. В общем, сегодня фильм можно рекомендовать как учебное пособие по погружению в эпоху, наравне с «Фотоувеличением» Антониони.
«Сочувствие к дьяволу» — это песня от лица Люцифера, который во все эпохи в разных обличиях подталкивает людей к историческим преступлениям: от распятия Христа до Русской революции и убийства Кеннеди. Джаггер написал будущий хит, вдохновившись романом «Мастер и Маргарита», который подарила ему его тогдашняя девушка Марианна Фейтфулл, певица и актриса из семьи английских шпионов и аристократов. Чуть раньше поиски своего Люцифера начал Кеннет Энгер, киноавангардист еще более экстремальный, нежели Годар. Тогда он давал вечеринки-кастинги в доме в Сан-Франциско, известном как «Российское посольство», — по иронии вечеринки, ставшие прообразом бала Воланда из романа Булгакова, проходили в Москве в посольстве американском. На роль падшего и восставшего ангела в будущем фильме был выбран некий пятилетний мальчик, сын известной в городе четы хиппи, однако он случайно выпал из окна на зимнее солнцестояние 1966 года. Тогда Энгер перенес поиски в Лондон, и та же Марианна Фейтфулл в 1968-м познакомила его с Джаггером.
Джаггер, развесив уши, слушал разговоры Энгера о том, что сатанизм — это новый рок-н-ролл и субкультура молодежи, которой будет принадлежать весь мир. И первоначально принял приглашение режиссера на роль Люцифера. Вскоре, однако, музыкант, видимо, понял, что дело пахнет жареным. У его группы была дурная репутация. В отличие от хороших мальчиков из бойз-бэнда — Леннона и МакКартни, — он и Кит Ричардс небезосновательно считались «плохими» ребятами. Как и еще один участник Rolling Stones, Брайан Джонс, который сделался слишком отвязным даже по их меркам и был вынужден покинуть группу. После _Sympathy For The Devi_l и альбома с красочным названием Their Satanic Majesties Request («По просьбе Их Сатанинского Величества») обыватели были готовы увидеть в Rolling Stones не только хулиганов и наркоманов, но и прямо дьяволопоклонников — обвинение по тем временам, пожалуй, более серьезное.
Джаггер уступил роль Люцифера молодому Бобби Босолею, с которым Энгер был знаком еще по Сан-Франциско. Совсем слиться с проекта было нельзя, и Мик записал саундтрек «Восхода Люцифера» на гитарах и синтезаторе Moog — один из ранних примеров электронной музыки в американском кино. Позднее этот инструмент с его «демоническим» звучанием использует Стэнли Кубрик в саундтреке «Заводного апельсина» от Венди Карлос и подхватит Дарио Ардженто в «Суспирии». Музыка Джаггера к фильму Энгера звучит современно и сегодня — от нее мороз по коже, особенно, конечно, в сочетании с визуальными образами.
Мик Джаггер (слева) и Кит Ричардс записывают гитарные партии для трека «Sympathy for the Devil»
© Mark and Colleen Hayward/Contributor/Getty Images
Скажем о дальнейшей судьбе проекта. Большинство людей никогда не узнают, о чем был оригинальный «Восход Люцифера». Считается, что основная часть материалов была утрачена при подозрительных обстоятельствах, — а по слухам, спрятана автором и доступна к просмотру только посвященным. Сохранившиеся кадры были склеены Энгером в 11-минутный фильм «Пробуждение моего демонического брата», который вышел в 1969 году. Именно там можно услышать саундтрек Джаггера. Музыкант также единственный, помимо Энгера, кто отмечен в титрах фильма, — однако появляются в кадре и Босолей, и глава сатанинской церкви Антон Шандор Лавей, и популярные персонажи тогдашней контркультурной тусовки, от поэтов до ученых. Энгер смонтировал кадры эзотерического действа с выступлением Rolling Stones на концерте, охраняемом байкерской бандой «Ангелы ада». В том же 1969-м «Ангелы» убили посетителя концерта во время пения Джаггера, а лучезарный юноша Бобби Босолей пожизненно сел в тюрьму за участие в убийстве в составе «Семьи» Чарли Мэнсона — его арестовали еще до бойни в особняке Романа Полански, где погибла беременная актриса Шэрон Тейт. 27-летний Брайан Джонс утонул в своем бассейне. Эра цветов в том году закончилась.
Неудивительно, что Джаггер в такой обстановке стремился дистанцироваться от Энгера, который настаивал на пересъемках «Восхода». Мик передал проклятую роль Люцифера своему младшему брату Крису (в итоге тот сыграл только в эпизоде). В 1970 году Джаггер расстался с Марианной Фейтфулл и появился в двух самых ярких фильмах карьеры. Первый из них — «Нед Келли», где Джаггер исполнил заглавную роль. Подругу Неда Келли должна была играть как раз Марианна, однако актриса в депрессии совершила попытку самоубийства, и ее пришлось заменить. Мик же остался в проекте, несмотря на то что были и другие дурные приметы — например, сам он поранился при взрыве реквизитного пистолета.
Режиссером фильма был Тони Ричардсон, знаковый режиссер британского «кинематографа кухонной раковины», прославившийся, кроме прочего, тем, что проспонсировал побег из тюрьмы агента советской разведки Джорджа Блейка (который счастливо дожил в Москве до 2020 года). Нед Келли — австралийский бандит позапрошлого века, который в англо-саксонской культуре считается благородным разбойником, кем-то вроде Робин Гуда и Данилы Багрова сразу. После Джаггера этого молодого бунтаря против колониальных властей играли Хит Леджер и Джордж Маккей. Надо сказать, Мик в этой роли не стал изображать рок-звезду иной эпохи — отрастив бороду, он довольно удачно вживается в образ юного бушрейнджера — идеалиста с ружьем. Озвучивает фильм не музыка Rolling Stones, а песни кантри-исполнителей Уэйлона Дженнингса и Криса Кристофферсона на стихи, специально написанные к фильму фантастом Шелом Сильверстином.
Кадр из фильма «Нед Келли»
© реж. Тони Ричардсон, 1970
Один раз в фильме поет и Мик — народную песню ирландских эмигрантов в Австралии The Wild Colonial Boy. Сюжет картины вообще активно подчеркивает ирландское происхождение Келли: герой и его банда повязали зеленые галстуки и поднимают тосты во имя Республики. Напомним, в 1970-м антибританские выступления в Северной Ирландии стремительно двигались к горячей фазе террористической войны, которая унесет тысячи жизней. Возможно, это одна из причин, по которой «Неда Келли» встретили в основном холодно, — впрочем, разочарованы остались и режиссер, и актер. Джаггер даже утверждал, что никогда не смотрел этот фильм.
Зато другой проект того года с участием Джаггера, откровенно оплеванный критикой при выходе, потом признали одним из самых важных в истории английского кино. Это фильм «Представление». Снятый еще в пресловутом 1968-м, фильм рассказывает о гангстере Чезе (Джеймс Фокс), который, поссорившись с криминальным боссом, старается залечь на дно и снимает подвал в особняке дома эксцентричного певца Тёрнера. Тёрнер, сыгранный, конечно, Джаггером — архетипический персонаж тогдашней рок-культуры. Гедонист, наркоман и проклятый поэт, он устраивает незадачливому бандиту настоящий «перформанс» с приемом психоделиков и сексом с двумя прекрасными бисексуалками. В результате Чез частично перевоплощается в Тёрнера, затем убивает его и сам едет навстречу смерти. Конечно, и в этой картине Джаггер поет — неожиданно трансформировавшись перед одурманенным собеседником в главу гангстеров, он исполняет номер, ставший известным как Memo from Turner, саркастическую песню о сближении богемного и криминального.
Кадр из фильма «Представление»
© реж. Николас Роуг, Дональд Кэммелл, 1970
Авангардный, а возможно, и оккультный фильм в итоге признали классикой. У «Представления» было два режиссера. Николас Роуг впоследствии стал знаменитым. Имя Дональда Кэммелла, напротив, фактически было вымарано из истории кино. В последующие два десятилетия он снял пару малоизвестных хорроров. В 1995-м продюсеры уволили Кэммелла с его фильма «Опасная сторона», вычеркнули режиссера из титров и перемонтировали картину по-своему. Посмотрев получившееся кино, автор покончил с собой.
Кэммелл, старый знакомый Джаггера, играл египетского бога мертвых Осириса в «Восходе Люцифера», который Энгер всё же доснял к 1980 году. Марианна Фейтфулл исполнила роль Лилит, а саундтрек к фильму прямо из тюрьмы записал Бобби Босолей. Сам Энгер, участвовавший во стольких событиях эзотерически-культурной революции XX века, умер прошлой весной в 96 лет.
Джаггер, сумев уйти от Энгера, после 1970 года отстранился от кино вообще. По его словам, он не хотел играть бесчисленных музыкантов-наркоманов после успеха «Представления». Кубрик мечтал видеть всех «роллингов» в касте «Заводного апельсина»: то ли группа отказалась, то ли режиссер посчитал, что рокеры всё же уже слишком взрослые для банды школьников. Однако главную роль в фильме получил Малкольм МакДауэлл, который, очевидно, неслучайно очень похож на молодого Джаггера, чей образ неотделим от ауры секса и насилия.
Кадр из фильма «Заводной апельсин»
© реж. Стэнли Кубрик, 1971
Мик, говорят, отклонил роль в фильме Роуга «Человек, который упал на Землю» — она досталась Дэвиду Боуи, а саундтрек был написан при участии гитариста Rolling Stones Мика Тейлора. Также он не смог сняться в «Фицкарральдо» Вернера Херцога, и режиссер выбросил роль из сценария. Предложение, которое Джаггер всё же не мог не принять, — роль Фейд-Рауты Харконнена в «Дюне» Алехандро Ходоровски. Эзотерический проект чилийского режиссера-мистика, существенно переработавшего роман Фрэнка Герберта, порой называют величайшим из неснятых фильмов, стоит только сказать, что, кроме Джаггера, здесь должны были сняться Ален Делон, Орсон Уэллс и Сальвадор Дали. В итоге вышел лишь фильм Линча, где Фейд-Рауту играл Стинг, — увы, хоть мы любим Стинга, он далеко не Джаггер.
Джаггер практически единолично создал фигуру рок-фронтмена. Образ сливается с исполнителем, как маска прирастает к лицу трагического актера в Древней Греции. Джаггер первым превратил концерты в шаманские мистерии. Фронтмен группы стал жрецом, сочетающим секс, маскулинность, агрессию, поэзию и даже андрогинность. Все последующие звезды сцены обязаны Джаггеру своими образами. Хотя Мик, говоря откровенно, не выдающийся певец, очень трудно представить его песни в исполнении кого-то еще (в отличие, например, от песен «Битлз»). Также он, безусловно, не великий актер — но режиссеры не могли не мечтать о появлении такой личности в своих фильмах.
Уже сорокалетний Джаггер отчасти иронизировал над своим положением в фильме еще одного авангардиста, Джульена Темпла, прежде всего известного по «Великому рок-н-ролльному надувательству», мокьюментари о Sex Pistols. Мик сыграл у него как бы самого себя в «Когда заканчивается удача»: стареющий рокер бежит от тиранического клипмейкера (Деннис Хоппер) и проституток-трансвеститов, скрывается в Бразилии, где переживает психоделические приключения, попадает в рабство, и никто его не узнает.
Помимо этой шутки, Мик практически не снимался 20 лет, пока неожиданно не появился в фантастическом боевичке «Корпорация „Бессмертие“», который и помнят сейчас единственно благодаря Джаггеру во главе банды похитителей тел из будущего. В «Представлении» Чез говорит Тёрнеру: «Посмотрим на тебя в 50 лет, выпендрежник». Немного перейдя этот возраст, Мик появился в криповом образе трансвестита Греты в фильме «Склонность» об ЛГБТ-сообществе в нацистской Германии. Спускаясь «с неба» на трапеции, накрашенный Джаггер в платье поет лиричный шлягер Streets Of Berlin (написанный Филипом Глассом), пока внизу разворачивается гомосексуальная оргия. Впоследствии «Грета» оказывается респектабельным отцом семейства и оставляет своих товарищей по квир-тусовке, которые отправляются в Дахау.
Кадр из фильма «Склонность»
© реж. Шон Матиас, 1997
Двусмысленна и заметная роль Джаггера в «Побеге с Елисейских полей», где Мик играет сутенера — вернее, главу элитного мужского эскорт-агентства, устраивающего «карьеру» молодому писателю в творческом кризисе. Посвятив жизнь ублажению богатых старух, персонаж Джаггера здесь обречен на вечное одиночество. Схожим образом незавидна судьба стареющего рокера — хотя жизнь Мика, будем надеяться, скрашивают трое правнуков. С возрастом Джаггер перешел к работе за кадром: он основал собственную продюсерскую компанию, участвовал в создании байопика «Джеймс Браун: Путь наверх» с Чедвиком Боузманом и вместе с Мартином Скорсезе сделал сериал «Винил» о музыкальной индустрии 1970-х.
Всего четыре года назад музыкант снялся в европейском фильме «Искусство ограбления». Здесь у него снова вполне «люциферианская роль»: пожилой арт-дилер, подталкивающий к преступлению неудачливого искусствоведа, — тому надо похитить картину под красивым названием «Ересь сожженного апельсина» у художника-затворника. Персонаж Джаггера — искушенный и порочный богач-интеллектуал, презирающий истину, что характерно для специалиста по искусству. Высохший, как мумия, но по-прежнему пугающе быстрый на исходе восьмого десятка лет, с непогасшим хищным светом в глазах — он всё еще может укусить.
Кадр из фильма «Искусство ограбления»
© реж. Джузеппе Капотонди, 2019
И еще немного о Rolling Stones в кино. Их песенное наследие оказалось настоящим кладом для самых разных режиссеров, что подчеркивает универсальность музыки группы. В отличие, опять же, от The Beatles, которые сперва сами не делились своими песнями, а затем кинематографисты стали их избегать. «Своим» режиссером «роллингов» стал, конечно, Мартин Скорсезе. В 1973-м он включил в саундтрек «Злых улиц» Tell Me и Jumpin’ Jack Flash. В легендарных «Славных парнях» звучат целых четыре песни группы, включая упомянутую Memo from Turner из «Представления», а «Отступников» открывает уже звучавшая в «Парнях» Gimme Shelter. Наконец, в 2008-м вышел фильм-концерт группы «Да будет свет», снятый Скорсезе, — спустя 40 лет после картины Годара, показавшего работу Rolling Stones в студии, режиссер запечатлел уже монументально-бронзовых, но всё еще бодрых звезд на сцене, где они исполняют до боли знакомые хиты.
Если Скорсезе интересует нервно-агрессивная сторона музыки группы, другой их большой поклонник, Уэс Андерсон, предпочитает лирические композиции Stones. Ранняя I Am Waiting подчеркивала ностальгическую атмосферу «Академии Рашмор», пронзительно-ироническая 2000 Man — «Бутылочной ракеты». И, конечно, Ruby Tuesday была четко на своем месте в сцене безмолвного объяснения в любви в «Семейке Тененбаум».
Прежде всего режиссеры обращаются в творчестве группы к классике 1960-х, хотя, например, сравнительно недавняя Doom And Gloom звучит в сцене постройки машины времени в супергеройском блокбастере «Мстители: Финал». Sympathy For The Devil удачно вошла в саундтрек «Интервью с вампиром». Знаменитая баллада о потерях You Can’t Always Get What You Want занимает важное место в «Большом разочаровании» о стареющих хиппи и «Докторе Хаусе», под которую герой хромает навстречу дозе и своей судьбе. Говорящая Out Of Time звучит в «Однажды в… Голливуде», посвященном тому самому лету 1969-го, «Семье» Мэнсона и Шэрон Тейт, — к слову, Квентин Тарантино (как и Гай Ричи) в значительной мере сформировал стиль своих гангстерских фильмов под влиянием «Представления».
Наконец, 1960-е Rolling Stones — это саундтрек Вьетнамской войны. Именно их песни, наряду с Doors, Creedence Clearwater Revival и Джими Хендриксом, слушали солдаты, обстригшие хипповские локоны и отправившиеся искать смерти в джунглях. I Can Get No Satisfaction оттеняет мрак в «Апокалипсисе сегодня». Но главный музыкальный момент этого рода — финальные титры «Цельнометаллической оболочки» под Paint It Black. После прогулки по аду звучит ситар еще живого Брайана Джонсона, затем гипнотическая мелодия и голос Джаггера рассказывают о навечно сгустившейся тьме в сердце. Титры, занавес.